Тексты

«Сердце мое — твой дом». Как «баймакское дело» изменило жизнь башкирских семей

«Первые полгода еще нормально было, а потом все забыли про них»

Тут мы публикуем монологи преследуемых и участников событий, а также тексты-исследования о трендах в области политпрессинга.

Акции против войны с Украиной «Иноагенты» «Дворцовое дело» «Антивоенное дело» Преследование «Мемориалов» Преследование ФБК по делу об экстремизме

все истории

«Мы потомки воинов, а вы хотите мусор в тылу убирать?!» История пацифиста Игоря Санджиева, который дважды сбегал от войны

Два побега, уголовные дела и переход границы

«Настало время вернуть долги природе»: как активисты «реполитизируются» через защиту своих лесов

С чем сталкиваются волонтеры из Москвы и Подмосковья.

Фуко, блэк-метал и «Азов»: четырех махачкалинцев обвинили в терроризме в пользу Украины. После пыток их отправили в СИЗО

«Четыре дагестанца — подельники Гитлера».

«Язвительный философ и немножко пьяненький хохмач». Слава Малахов — в тюрьме и на свободе

«Я как королевский шут, который говорит правду, но его искренне волнуют проблемы этой страны».

«Не сожжение, но шредер для бумаги»: Что будет с книгами «иноагентов» после 1 сентября

«Совершенно очевидно, что продавать книги, созданные „иноагентами“, нельзя».

«У меня внутри огромная дыра. Из нее дует ветер». Интервью с художницей Алисой Горшениной, которую вынудили уехать из России

Ночь в подвале, травля и отъезд из страны.

«Патриот в нормальном смысле»: Почему фигурант дела «Весны» Василий Неустроев «абсолютно счастлив» в СИЗО

«Россия будет свободной. Отправляйте меня обратно в СИЗО своим незаконным решением».

Поиски «проукраинской предрасположенности»: почему пограничники не пускают украинцев в Россию

Причиной может стать многое: подписка на Зеленского, контакты в ВСУ, контакты среди «навальнистов», определенные слова в переписках и даже удаленные мессенджеры.