Поиск
Сегодня Тверской районный суд Москвы огласит приговор политику и лингвисту Юлии Галяминой. Обвинение просит посадить ее на три года по «митинговой» статье о неоднократном нарушении правил участия в акциях. В случае любого обвинительного вердикта Галямина не сможет баллотироваться в Госдуму и преподавать в вузах. В суде Галямину защищают адвокаты от ОВД-Инфо. В преддверии приговора рассказываем о политике и уголовном деле против нее.
ОБ ЭТОМ НИКТО НЕ УЗНАЕТ
Если об этом никто не напишет. Подпишитесь на регулярные пожертвования ОВД‑Инфо, чтобы плохие дела не оставались в тишине.
После выхода этого текста, в 17:30 Юлию Галямину приговорили к условному сроку в два года.
Лингвист, политик, обвиняемая
«Это политический процесс, это очевидно из тех эпизодов, которые мне вменяют, исходя из временных последовательностей [предшествовавших возбуждению уголовного дела], исходя из того, что прослушка началась у меня еще в июне [2020 года], обыск по ЮКОСу — в эту же копилку», — отмечает Галямина в беседе с ОВД-Инфо.
Юлия Галямина — мать двоих детей, бывший главред «Каспаров.ру», а сейчас — редактор независимого издания северного округа Москвы «Наш Север». Она известный лингвист, специалист по языкам Сибири. Была научным сотрудником МГУ, преподавала в ВШЭ, сейчас преподает в «Шанинке» (МВШСЭН). Любой обвинительный приговор по 212.1 УК пожизненно лишит Галямину возможности преподавать в вузах. Поэтому заявление в ее поддержку опубликовал профсоюз «Университетская солидарность», а студенческое издание Doxa собирает подписи под письмом с требованием прекратить ее уголовное преследование.
Юлия Галямина стала муниципальным депутатом Тимирязевского района Москвы в 2017 году. До этого Галямина имела серьезный опыт предвыборных кампаний: в 2014 и 2016 годах заняла вторые места в своих округах на выборах в Мосгордуму и Госдуму. В 2019 году была одним из независимых кандидатов, которым отказали в регистрации на выборах в Мосгордуму, что привело к массовым протестам и последовавшей за ними реакцией властей, инициировавших «Московское дело». В 2021 году Галямина намерена баллотироваться в Госдуму, но с непогашенной судимостью это будет невозможно.
В 2020 году Галямина занималась общественной кампанией «Нет!» против изменения Конституции. 15 июля на стихийном шествии после сбора подписей против поправок в центре Москвы полиция задержала около полутора сотен человек.
Дело против Галяминой возбудили две недели спустя — 31 июля. У нее дома и на даче прошли обыски, изъяли телефоны и другие электронные носители ее и мужа. Политику предъявили обвинения по «митинговой» статье о неоднократных нарушениях правил участия в акциях (ст. 212.1 УК). В качестве меры пресечения Галяминой назначили подписку о невыезде. Она — четвертая обвиняемая по этой статье, чье дело дошло до приговора. За все время существования статьи по ней возбуждено девять уголовных дел.
Процесс в платьях
Уголовное дело состоит из шести эпизодов. Четыре из них — задержания на протестных акциях, пятый — призыв в социальных сетях к участию в протестах летом 2019 года. Шестым эпизодом стал сбор подписей против изменения Конституции летом 2020 года, закончившийся шествием. Галямина в несогласованном шествии не участвовала и к его проведению не призывала. В уголовном деле присутствуют эпизоды годичной давности, поскольку некоторые из административных дел против Галяминой рассмотрели лишь полгода спустя.
Галямину защищают адвокаты от ОВД-Инфо Михаил Бирюков и Мария Эйсмонт. Бирюков рассказывает, что обвинение никак не учитывает два решения Конституционного суда, в которых говорится, что статья 212.1 УК может применяться только если действия обвиняемого были общественно опасными.
«Так же, как и в делах Константина Котова и Ильдара Дадина, обвинение считает, что сам факт массового скопления граждан несет угрозу общественной безопасности. Новое [в деле Галяминой] — что в условиях новой коронавирусной инфекции отсутствие социальной дистанции создает угрозу здоровью граждан. По эпизодам лета 2019 года Галяминой вменяется, что она перекрывала движение, мешала проходу граждан, являлась организатором мероприятий», — рассказывает Бирюков.
Суд начался в октябре. Из него Юлии Галяминой удалось устроить перфоманс, показывающий абсурдность уголовных процессов за мирные уличные акции: на каждое заседание она приходила в новом платье, которые ей дарили дизайнерские магазины, на ступеньках Тверского райсуда артисты устраивали стендап-выступления. По ее мнению, это влияло на суд.
«Влияло в том смысле, что [они] суд сделали открытым. [В Тверском районном суде из-за коронавируса] все остальные суды идут в закрытом режиме. Суд [раньше времени] прекратил допрос свидетелей: мы их так допрашивали, что свидетели превращали это в шоу и фарс своими не очень умными высказываниями», — рассказывает Юлия Галямина, чье дело во многом основано на показаниях 38 полицейских.
«Показания свидетелей, сотрудников второго оперативного полка, зачастую противоречат друг другу и видеозаписям, которые сторона обвинения предоставила в суд. Один полицейский говорит, что Галямина скандировала лозунги, другой — что не делала ничего противоправного. На видеозаписи задержания Галяминой 15 июля 2020 мы видим, что она стояла на практически пустой Пушкинской площади, не скандировала лозунги и не имела в руках плакатов», — рассказывает адвокат Бирюков.
Также обвинение пыталось доказать, что сам по себе массовый сбор подписей в середине лета нынешнего года нес угрозу распространения коронавируса. По словам Бирюкова, на записях видно, что участники сбора подписей соблюдают социальную дистанцию. Защита сообщила суду данные о том, что ни у кого из задержанных 15 июля в Москве не выявили коронавирус. Кроме того, была предоставлена статистика, из которой следует, что после 15 июля в Москве не наблюдалось роста заболеваемости коронавирусом.
На вопрос о том, верит ли прокурор, что Галямина совершала что-то уголовно наказуемое, Михаил Бирюков ответил: «Прокурор была безэмоциональной и безынициативной, так что установить, как она относится к деяниям, инкриминируемым Галяминой, в суде было невозможно».
Перед приговором Галяминой петиция на Change.org за прекращение ее уголовного преследования набрала почти 150 тысяч подписей.
ОБ ЭТОМ НИКТО НЕ УЗНАЕТ
Если об этом никто не напишет. Мы можем писать новости о политических преследованиях только потому, что тысячи людей поддерживают ОВД-Инфо.Подпишитесь на регулярные пожертвования ОВД-Инфо, чтобы плохие дела не оставались в тишине.
